Над нами ночь, над нами звёзды
И неба чистый чернозём.
И долги дни, и долги вёрсты
По небу, взятому в заём.
Давно распахано другими
И в глубину, и вширь, и вкось,
Но небеса стоят нагие,
И я для них – пришелец, гость.
Иду в бреду глубокой ночи,
Под парусом, без облаков,
И гнётся стеблем позвоночник
Под тягой древних сквозняков.
И, ощущая их бессмертье,
Становишься подвластным им.
И через два тысячелетья
Я древней силою гоним.
Чужой по сути и по виду.
Как рассказать и объяснить,
Что, видимо, ещё Овидий
Нашёл сшивающую нить
И слил в единое пространство
Всё италийское родство,
Всё черноморское убранство
И двух лазурей вещество.
